Россиянам снова выдали 13 зарплату цензурой


gde svetНа этой неделе появился сразу ряд новых регрессивных по отношению к интернету норм: законопроекты об аресте за онлайн-неуважение к государству, о штрафах за распространение недостоверных новостей и о суверенном Рунете, всё это вызвало серьезный резонанс у пользователей и в экспертной среде.  

Сенаторы Андрей Клишас и Людмила Бокова уже окончательно стали «героями» уходящей недели. Вначале ими в соавторстве с депутатом Дмитрием Вяткиным были внесены в Госдуму сразу 4 репрессивных законопроекта о запрете в СМИ и интернете распространения недостоверных новостей, а также о штрафах, аресте и блокировках за публикации, в которых содержится «явное неуважение к государству» (в обоих случаях предусмотрена внесудебная блокировка сведений, которые Генпрокуратура сочтет противоправными). Затем сенаторы решили «добить карму», внеся проект закона, которым Рунет фактически загоняется в полную изоляцию. Последняя инициатива — в соавторстве с одиозным депутатом Андреем Луговым, уже неоднократно «прославившимся» воплощением в жизнь достаточно репрессивных законов. РосКомСвобода собрала реакцию экспертов, пользователей, правозащитников и отраслевиков на внесённые инициативы — приводим самые интересные.

1. Наказание за «неуважение к государству и представителям власти».

Это пакет законопроектов №606594-7 и №606596-7, предусматривающие до 15 суток ареста для пользователей интернета за выражение «явного неуважения к обществу и государству».

Как сказал Клишас в интервью российским СМИ, сейчас законодательство предусматривает административную и уголовную ответственность за подобные проявления неуважения в общественных местах, надругательство над государственными символами и оскорбление представителей власти.

«Не вызывает сомнений, что сеть интернет является общественным пространством, в котором также должны соблюдаться правила допустимого поведения, направленные на обеспечение общественного порядка и уважения к обществу и государственным институтам», — отметил сенатор.

По его мнению, в обществе уже сформировано «понимание» того, что интернет запрещено использовать для продажи наркотиков, распространения детской порнографии, мошенничества и других преступлений.

Поправки фактически означают реанимацию норм советского Уголовного кодекса о преследовании за антисоветизм, полагает член СПЧ адвокат Юрий Костанов (в прошлом прокурор и глава управления юстиции Москвы). Ст. 190-1 УК РСФСР предусматривала до трех лет лишения свободы за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй» и была отменена еще в 1989 году, напомнил он:

«Нынешние формулировки об оскорблении власти еще хуже, они не требуют даже доказывать ложность высказывания и прямо противоречат нормам Конституции о свободе совести».

.

По словам эксперта, статья о мелком хулиганстве в УК РСФСР всегда позволяла правоохранительным органам манипулировать показателями: отказы от возбуждения таких дел искусственно снижали уровень преступности, а ужесточение преследования по этой статье улучшали показатели раскрываемости таких деяний.

Член Совета по правам человека при президенте РФ, руководитель информационно-аналитического центра «Сова» Александр Верховский считает немыслимым предложение законодателей наказывать за выражение в Интернете неуважения к органам власти и обществу:

«Это просто немыслимое дело. Конечно, можно сказать, что лучше, чтобы граждане выражались вежливо, а не в неприличной форме, но я не думаю, что это вообще мыслимо делать таким образом».

.

По мнению члена СПЧ, это, возможно, делается по аналогии с тем, что нельзя материться в публичном месте. «Но если на то пошло, почему именно на государственных деятелей материться плохо, в адрес других граждан хорошо, что ли?» — добавил он.

«Какая-то нелепость просто. Массовые штрафы, конечно, последуют, это же неиссякаемая база образуется, люди же все равно не перестанут материться», — сказал Верховский.

Председатель «Открытой России» Андрей Пивоваров полагает, что поправки позволят арестовать его на 15 суток «за любую критику власти».

«Например, недавно на меня подало в суд МВД Петербурга за мой пост в Facebook, где я возмущаюсь, что полиция вместо поиска грабителей, которые вскрыли мне машину, занималась разгоном митинга и совершенно официально отказала мне в поимке их по горячим следам. Они посчитали это оскорблением их деловой репутации. То есть критика органов власти и их плохой работы воспринимается как оскорбление»,— говорит он.

Член Московской Хельсинкской группы Валерий Борщёв сказал “Ъ”, что «ни в одной демократической стране такой закон даже не мог бы быть внесен». «Это серьезное нарушение прав человека, поскольку власть подлежит вниманию и критике со стороны общества, и все, что она должна,— это реагировать на эту критику и исправлять недостатки»,— сказал господин Борщёв.

Художник, прошедший через обвинения в экстремизме за «Великую прекрасную Россию», Вася Ложкин также в своей обычной манере «между юмором и серьёзностью» попытался объяснить, что не так с новым законом о неуважении к государству:

«Мне [запретительные меры] — совершенно не мешают. Я художник конъюнктурный. Я люблю наше руководство, нашу власть, голосую за Путина и все такое.

А по большому счету, в этом нет ничего удивительного. Есть инструмент, который работает давно. Сейчас сажают, блокируют и штрафуют за разного рода экстремизм. А экстремизм определяют некие эксперты. Теперь эти эксперты будут определять, что является оскорблением для власти. Мы живем в России, и любой человек, и я, и вы, можем в любое время присесть в тюрьму. Надо быть к этому готовым».

.

«Все эти законы недоработаны, — рассуждает художник. — Нет четких формулировок, что есть оскорбление и разжигание. Определяет это какой-то человек. А человек может встать не с той ноги, у него что-то болит или плохое настроение. И он увидит все в черном свете. А может, у него, наоборот, хорошее настроение. Получается очень субъективно. Или в законе надо прописать конкретные слова, жесты, которые являются оскорбительными, или не принимать такой закон».

«По совести, по-человечески это какая-то дичь, — резюмирует Ложкин. — Потому что власть, государство — это все-таки те, кого граждане сами выбрали, чтобы они управляли страной, или городом, или регионом». Представители власти — наемные работники, которых наняли, чтобы они управляли, — отмечает он, — и мы имеем полное право их критиковать.

«Кто будет давать заключение по поводу присутствия в высказывании в интернете «неуважения» и «неприличия»? — задаётся вопросом журналистка Екатерина Винокурова. — Те же эксперты при МВД, что помогают добиваться обвинительных приговоров по статьям 282 и 148 УК РФ? Далее начинаются проблемы правоприменения. Уже говорилось о невозможности отрегулировать весь интернет сразу. Значит, данная статья будет использоваться для оказания точечного давления на особо не угодивших кому-то граждан, просто как репрессивный инструмент».

Лидер фракции КПРФ Геннадий Зюганов считает, что «власть полностью утратила связь с реальностью». «Она непрерывно повышает цены и тарифы ЖКХ, лишает людей пенсий и ликвидирует соцгарантии. При этом доходы населения продолжают падать. Докатились до того, что теперь власть пытается запретить народу рот открывать»,— говорит он.

«Эта новая «запрещенка» приравнена к мелкому хулиганству, — рассуждает глава DiPHOST Филипп Кулин, вникая в суть обоих законопроектов. — Составлять протоколы и принимать решения по административному наказанию могут сотрудники полиции, вплоть до участкового и начальника линейного отдела полиции. Встречайте неконтролируемый поток административок по любому чиху, с такими-то формулировками». Он также замечает:

«Блокировка будет происходить в досудебном порядке по требованию Генеральной Прокуратуры, что гарантирует по мнению законодателей серьёзный подход к вопросу. Мы эту серьёзность все видим на примере блокировки Telegram, в ходе которой вскрылись решения Генеральной Прокуратуры о блокировке сайтов сервисов VPN (частные виртуальные сети, позволяющие обходить блокировки, их работа регулируется отдельными пунктами закона, что почему-то не принимается во внимание). При этом блокировка не зависит от того, есть решение об административном правонарушении, или нет.

А вот с процедурой тут интересно. Законопроект вводить новую статью 15.1-1, которая до буквы, за исключением основания, повторяет статью 15.3 закона 149-ФЗ от 27.07.2006 г. «Об информации». Такая блокировка происходит незамедлительно, уведомление хостеру и/или владельцу ресурса высылается после блокировки. При том, что и эту пару законопроектов, и предыдущую подавали в один день одни и те же люди, у меня сложилось впечатление, что они не читали его. Кто-то им написал по заданию, а они не открывая внесли. Уровень экспертизы законотворчества конечно зашкаливает.

Мне не ясны перспективы принятия этого закона. Хотя фамилии там громкие. Если примут, то по опыту — без значительных правок.»

.

Председатель президентского Совета по правам человека (СПЧ) Михаил Федотов заявил РБК, что внесенные сенатором Андреем Клишасом законопроекты об арестах за неуважение к власти в интернете являются нарушением свободы слова. По мнению главы СПЧ, аресты — «слишком суровое наказание».

«Я считаю предложение господина Клишаса репрессивным и антидемократическим», — заявил журналист Владимир Познер. По его мнению, речь идет о введении цензуры.

«Эти предложения имеют целью заткнуть рот всем СМИ, кроме «верноподданных». Посыл: пусть не смеют нас ругать, а если посмеют, пожалеют. Что значит в неприличной форме выражать явное неуважение? А неявное можно? Например, если я скажу: государственная дура — как однажды, оговорившись, я сказал. Это и есть выраженное мной явное неуважение? А если я скажу: глуповатая Государственная дума — это как, явное или неявное неуважение? Если кто-то скажет: «Правительство жуликов и воров» — это как следует квалифицировать? А если скажет: «Честность и порядочность правительства вызывают у меня сомнения» — это как, проходит?» — добавил Познер.

«Если в общественной жизни мы хулиганов наказываем и видим, то и интернет в этом отношении нужно регулировать», — в свою очередь, считает соавтор законопроекта сенатор Бокова.

Депутат Вяткин пояснил, что проект, по сути, дублирует статью административного кодекса о мелком хулиганстве и направлен на урегулирование оскорбительных высказываний в Сети.

«То есть, речь идет именно о неприличной форме, а не о неуважении. Неуважение как таковое — это обычные вещи. Надо сказать, что (законопроект) ни в коем случае не посягает на критику власти, общества и конкретных граждан», — заявил депутат, отметив, что замечания в адрес государства должны выражаться в приличной форме.

При этом привести конкретный пример недопустимого заявления в отношении власти Вяткин отказался, поскольку это «было бы неприлично и оскорбительно». Парламентарий подчеркнул, что законопроект рассмотрят уже на весенней сессии Госдумы, так как предлагаемые меры не несут никакой срочности.

«А ещё бывают случаи, что если очень долго пробыть в синекуре, то мозги жиром заплывают», — комментирует законопроект политик Николай Травкин в своём Facebook.

2. Инициатива, запрещающая «недостоверную информацию, создающую угрозу жизни граждан или массового нарушения порядка».

Внесены также два законопроекта: №606593-7  узаконивает данный запрет, №606595-7 — дополняет Кодекс об административных правонарушениях

«Распространение фейков под видом достоверных сообщений может создать реальную опасность жизни и здоровью граждан, привести к массовым беспорядкам, создать угрозу безопасности, — сказал сенатор Клишас в интервью СМИ. — Совершение такого рода деяний может иметь высокую степень общественной опасности, сопоставимую с призывами к массовым беспорядкам и осуществлению экстремистской деятельности».

Михаил Федотов назвал предложения «плохо продуманными и антиконституционными». Отметим, что поправки были внесены в день 25-летия Конституции. «Фейки можно побороть, если создавать у людей иммунитет к таким новостям с помощью медиаобразования»,— сказал он. По его словам, в случае принятия поправок «работа редакции серьезно осложнится, поскольку любая новость изначально недостоверна». «Законодатели не могут понять, что интернет не может быть пустым, он трансграничен и предложения что-то запретить там абсолютно бессмысленны»,— объяснил Михаил Федотов, относительно же фейков у него мнение следующее:

«Я полагаю, что бороться с фейковыми новостями надо, но это делается не так: фейковые новости мы получаем каждый день, в первую очередь в прогнозе погоды. Так, может, закроем прогнозы погоды?».

.

«Проблема решается медиаобразованием, люди должны научиться отличать фейковые новости от настоящих. Если они этому не научатся, то КоАП не поможет в борьбе с фейковыми новостями», — ещё раз подчеркнул он.

«За набором «правильных» слов заложена возможность наказать любое СМИ по существу за любую не понравившуюся власти информацию», — сказал Познер, выразив надежду, что законопроекты Клишаса не будут утверждены.

То, что государство начало активно защищаться от своих граждан, по мнению Васи Ложкина, может привести к нехорошим последствиям:

«Запрещают, скажем, рэперов. Если речь идет об искусстве, музыке или живописи, то этими запретами ничего не добьешься. Если бы я хотел избавиться от какого-нибудь явления, например от какого-нибудь рэпера, который, как мне кажется, что-то неправильное поет, я бы дал ему госпремию и показывал его в передаче «Песня года». Вместе с Киркоровым и Петросяном. И все его перестали бы слушать сразу. А когда его запрещают, это вызывает больше интереса у молодежи. Надо все-таки как-то тоньше работать».

.

Глава Союза журналистов Москвы, главный редактор «Московского комсомольца» Павел Гусев полагает, что против поправок выскажется президент и его администрация и «проблема недостоверной информации будет решаться не с помощью общих запретов, а с помощью общественных дискуссий между журналистами и властью». Против также выступят союзы журналистов и большинство профессиональных ассоциаций, сообщил он.

«Скорее всего, причиной появления этого законопроекта стали события после пожара в Кемерове в торговом центре «Зимняя вишня», где погибли десятки человек, в основном — дети, — рассуждает Екатерина Винокурова. — Тогда неумение кемеровских властей разговаривать с людьми закончилось страшными последствиями, так как украинский пранкер начал рассылать в соцсетях сообщения о том, что власти скрывают масштаб трагедии и что погибших не десятки, а сотни. На следующий день на центральной площади Кемерова собрался огромный митинг».

Журналистка также напоминает, что

«…причиной пожара, приведшего к гибели десятков маленьких и взрослых россиян, стал не украинский пранкер, а чудовищная российская коррупция. Кроме того, кемеровские медиа как раз вряд ли можно назвать свободными: особенности управления экс-губернатора Амана Тулеева известны. Информация пранкера поэтому и распространилась так быстро, что в Кемерове был недостаток профессиональной объективной информации от независимых СМИ, а чиновники там давно разучились общаться с населением.

Интересно, что при обсуждении предлагаемой новеллы даже некоторые оппозиционно настроенные люди выражают радость. Они рассуждают так: привлечь к ответственности можно будет и кремлевские СМИ. Под предлагаемые ограничения, к примеру, очевидно подпадает знаменитый сюжет «Первого канала» о «распятом мальчике в Славянске». Известно, что этот сюжет спровоцировал отъезд ряда россиян на Донбасс, чтобы там воевать против тех, кто распял мальчика. Некоторые из этих людей погибли. В их гибели виновен сюжет «Первого канала»?»

.

Юрист Фонда борьбы с коррупцией Любовь Соболь полагает, что «цель законопроекта может быть любой — от самопиара до прощупывания почвы восприятия таких инициатив». «Законопроект настолько юридически безграмотен и рамочен, что в случае принятия он может стать просто средством для репрессий политических активистов и оппозиционных журналистов»,— опасается она.

Юрист международной правозащитной группы «Агора» Дамир Гайнутдинов отмечает, что и «сейчас нет проблем, чтобы привлечь к ответственности блогера или заблокировать новостной ресурс, но каждая новая статья дает стимул для правоприменения».

Он называет поправки парламентариев «развитием закона Лугового»: в конце 2013 года думское большинство с подачи депутата фракции ЛДПР Андрея Лугового приняло закон, разрешающий прокуратуре без суда и следствия блокировать сайт с информацией о готовящемся несанкционированном митинге. Юрист уверен:

«Под определение недостоверной информации, по оценке Генпрокуратуры, могут подпасть любые расследования, любая критика, все что угодно.

…Все сделано для того, чтобы запугать тех, кто будет распространять информацию. В целом в русле современной госполитики».

.

По его мнению, размеры штрафов могут поставить под угрозу существование ряда СМИ. «Миллион рублей — это разорительный штраф даже для крупного медиа»,— полагает он. Если же информация размещается в Facebook или Twitter, которые «не будут удалять ее по требованию российских властей», то к ответственности можно будет привлечь уже «пользователя за ретвит или лайк».

«Как показывает практика, бороться с fake news практически невозможно, — пишет Екатерина Винокурова. — К примеру, не так давно бойфренд Евгении Чудновец в Facebook заявил, что его девушке Кремль платил за негативные посты о Навальном примерно 30 тыс. рублей в месяц, а на следующий день заявил, что пошутил в пылу ссоры. Как тут быть? Кого карать? Есть много примеров, когда медиа распространяют самую, вроде бы, достоверную информацию от вполне официального источника, а потом выясняется, что или источник ошибся, или сайт/аккаунт источника был взломан. Кто в таком случае несет ответственность? СМИ (как предлагается в законопроекте)?»

Правда, здесь стоит заметить, что позже бывший молодой человек Евгении Чудновец Андрей Мясников опроверг свои слова, что девушка получала деньги за публикацию негативной информации в Facebook.

Границы «недостоверности» информации законом не определены, анализирует тексты законопроектов глава Филипп Кулин. «Как может информация «прекратить функционирование объектов жизнеобеспечения» тоже неясно», — также  отмечает он:

«Судя по всему, имеется ввиду информация, имеющая неприятный общественный резонанс (достоверная она там, или нет – дело десятое). Источники ссылаются на историю с «Зимней вишней», когда какой-то пранкер (телефонный хулиган) всех напугал горами трупов. Я в свою очередь думаю, что это был только повод. Борьба с недостоверными новостями – общемировой тренд, уже существовавший ко времени печальных событий в ТЦ «Зимняя вишня».

По моему глубокому убеждению, это является попыткой различных мировых политиков удержать контроль над информационным полем, который они и традиционные СМИ начали терять из-за появления каналов и блогов в разномастных социальных сервисах в интернете».

.

«Протоколы по административному нарушению будет составлять Роскомнадзор, — продолжает Кулин препарировать законопроекты. — Он же будет принимать решения по делу. Да, штрафовать за фейкньюз (недостоверные новости) будет один из генераторов сомнительных новостей. Для СМИ такое нарушение будет поводом к отзыву лицензии».

Блокировка будет происходить в досудебном порядке по требованию Генеральной Прокуратуры, и это, опять же по мнению законодателей, «гарантирует серьёзный подход к вопросу». Глава DiPHOST также напомнил участие Генпрокуратуры в делах с таким уровнем «серьёзности» на примере Telegram и запрета ряда VPN-сервисов.

«Судя по пиару проблемы фейкньюз и по количеству присоединяющихся к законопроекту депутатов (отслеживаем на сайте обеспечения законодательной деятельности), закон будет принят. По опыту – без значительных правок», — заключает Кулин.

Хотя идею пресекать распространение заведомо недостоверной информации можно только приветствовать, есть опасение, что закон будет в реальности использоваться для преследования любых критических высказываний о власти, говорит партнер юридической компании «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин. «Если кто-то пишет, что чиновник Х не соответствует должности, то бесспорных доказательств у автора может и не оказаться, соответственно, автор будет подлежать ответственности», — предположил он.

Сейчас государство стремится контролировать процесс распространения негативной информации, напомнил политолог Николай Миронов. Он предположил, что нынешние законопроекты могут привести к «волне административных арестов и штрафов, причем в отношении не столько разработчиков контента, сколько простых граждан, делающих посты в интернете». Получается, что, смягчая уголовные статьи за экстремизм, государство одновременно создает новую проблему, посчитал эксперт.

Госдума рассмотрит законопроекты о штрафах за «фейковые новости» и публикации с неуважением к обществу и государству «в неприличной форме» не раньше января, сказал журналистам председатель думского комитета по госстроительству Павел Крашенинников.

«Мы их точно не будем рассматривать до конца сессии. Законопроекты будут рассмотрены не ранее января следующего года», — сообщил он.

Зачастую реакция пользователей Сети носит скорее обобщённый характер — пользователей возмущают в целом обе инициативы — и о наказаниях за «неуважение к властям», и о «фейк-ньюз», — поэтому комментарии к ним идут «одним пакетом».

3. Закон «о Великом Российском файрволе».

Законопроект №608767-7 об обеспечении автономной работы рунета регламентирует маршрутизацию интернет-трафика. Авторы документа считают, что его принятие поможет сократить до минимума объем передаваемых за рубеж данных, которыми обмениваются российские интернет-пользователи.

Также авторы законопроекта предлагают определить трансграничные линии связи и точки обмена трафиком и обязать их владельцев и операторов «обеспечить возможность централизованного управления трафиком» в случае возникновения угрозы.

Для этого предлагается обязать провайдеров устанавливать в своих сетях оборудование, определяющее источник передаваемого трафика.

Кроме того, законопроект предполагает создание национальной системы доменных имен, которая будет использоваться в случае блокировки российского сегмента интернета извне.

«Мы создаём лишь замещающую инфраструктуру. То есть дублируем у себя в случае каких-то чрезвычайных обстоятельств, чтобы наши граждане продолжали иметь доступ к интернету», — поясняет Андрей Луговой.

При возникновении таких «чрезвычайных обстоятельств» авторы предлагают поручить управление российским сегментом интернета и сетями связи Роскомнадзору. Ведомство получит право давать обязательные к исполнению указания операторам связи, собственникам и владельцам сетей связи.

«Законопроект направлен на обеспечение безопасного функционирования российского сегмента интернета и устранение его уязвимости. Поправки направлены на создание независимой инфраструктуры для обеспечения бесперебойного функционирования интернета на территории России», – сказал сенатор Клишас.

Клишас уточнил, что в Стратегии национальной кибербезопасности США, подписанной американским президентом в сентябре этого года, декларируется принцип «сохранения мира силой», а Россия впрямую и бездоказательно обвиняется в совершении хакерских атак, «которые нанесли ущерб американским и международным компаниям, союзникам и партнерам».

«В этих условиях необходимы защитные меры для обеспечения долгосрочной и устойчивой работы сети Интернет в России, повышения надежности работы российских интернет-ресурсов. Реализация инициативы позволит сделать российский сегмент интернета устойчивым к угрозам, обеспечить доступ к российским сайтам и возможность для российских граждан пользоваться интернет-сервисами (почта, интернет-банкинг) при любых внешних угрозах», – сказал сенатор.

Клишас подчеркнул, что новые технические решения, предлагаемые законопроектом, позволят управлять трафиком и распределять нагрузку в необходимых случаях.

«Больше всего в этом законопроекте беспокоит избыточность этих требований и неясность, за чей счет они будут исполняться, — говорит директор по стратегическим проектам Института исследования интернета Ирина Левова, — Хотя в законопроекте указано, что бюджетных денег на его реализацию не потребуется, явно требуется финансовое обоснование этого утверждения».

Достаточно беспощаден в своей критике исполнительный директор ОЗИ Михаил Климарёв:

«Чем больше читаю я ЭТО, тем больше убеждаюсь, что депутаты под коксом это писали.

Вся логика закона:

США НАМ ХОТЯТ НАВРЕДИТЬ
@
ОНИ ХОТЯТ НАМ ОТКЛЮЧИТЬ ИНТЕРНЕТЫ
@
НО МЫ ХИТРЫЕ. МЫ САМИ ОТКЛЮЧИМ ИНТЕРНЕТЫ
@
НУ КАК САМИ — ПРОВАЙДЕРЫ
@
ДЛЯ ЭТОГО ОНИ УСТАНОВЯТ У СЕБЯ НАШЕ ОБОРУДОВАНИЕ
@
НО ДЕНЕГ НА ОБОРУДОВАНИЕ НЕ НАДО
@
А ТЕ ОПЕРАТОРЫ, ЧТО ПОСТАВЯТ ОБОРУДОВАНИЕ МОГУТ НЕ БЛОКИРОВАТЬ ИНТЕРНЕТЫ».

.

«Не очень понятна модель угроз, — недоумевает Филипп Кулин. — Момент отключения России от глобальной сети будет означать, что мы уже воюем со всеми».

«Ну давайте честно, при желании они бы и без специального закона все отключили», — утверждает главред Медиазоны Сергей Смирнов.

Гендиректор интернет-провайдера «Комфортел» Дмитрий Петров считает отключение России от общемировой сети маловероятным.

«Этот законопроект говорит о том, что где-то внутри российской власти зреет идея «а что будет, если мы сами отключимся и поставим такой железный занавес от мира». Но я не верю в такой сценарий, потому что слишком большое количество сервисов в Сети, слишком серьезным будет удар по всем группам граждан. Мы столько лет строим открытую экономику и вдруг взять все железным занавесом порушить? Мне кажется, это невозможно», — говорит он.

«Такие законопроекты — это скорее возможность прощупать общественное мнение. Насколько оно эластично, что можно себе позволить, до какой степени можно запрещать и отключать. Хотя закон Яровой тоже когда-то казался какой-то нелепой ошибкой, однако он принят и уже даже частично внедряется в жизнь», — добавил Петров.

Большинство других провайдеров, опрошенных «Русской службой BBC», не стали комментировать законопроект, сославшись на то, что еще не успели внимательно проанализировать его текст. Так, в Ростелекоме и Мегафоне сказали, что изучают эту инициативу.

Пожалуй, это самый одиозный проект по регулированию Интернета за уходящий год, считает Центр цифровых прав:

«Есть инсайт, что закон могут принять уже к февралю, сразу начав отключения, оправдывая это украинской или террористической угрозой. В случае принятия, нас ждёт новая веха в истории Рунета, которая будет характеризоваться полным отсоединением отечественного цифрового рынка от глобального Интернета. О правах пользователей и бизнеса говорить уже не приходится. Страна медленно но верно катится в сторону Ирана и Северной Кореи. Всех с наступающим, друзья. Вдыхайте воздух цифровой свободы, пока ещё можно…»

.

Все эти меры приведут к созданию глобального российского цензурного файрвола, говорит руководитель РосКомСвободы Артем Козлюк: Роскомнадзор наделяется полномочиями вмешиваться в маршрутизацию вдобавок к уже имеющимся ресурсам по блокировке сайтов.

Технический директор РосКомСвободы Станислав Шакиров считает, что цель законопроекта — в случае необходимости отрубить Россию от «зарубежного» интернета, а технически это возможно уже сейчас.

«Суть этого законопроекта в том, чтобы, например, в случае каких-нибудь массовых волнений в России власти могли отрубать внешний интернет и использовать внутреннюю инфраструктуру для своих целей. Все, что они пишут про «ответ на агрессивную политику США» и «обвинения в хакерских атаках», — это чушь.

Технически это уже реализуемо. Уже были предприняты различные шаги в этом направлении. Так, управление пограничными каналами перевели из рук множества операторов в руки нескольких. Теперь этот процесс хотят автоматизировать.

Насколько получится отрубить внешний интернет именно полностью — вопрос в квалификации умельцев, кто будет это делать. Если Роскомнадзор, то не факт, конечно, что у них получится, если ребята из ФСБ, то, думаю, получится».

.

В свою очередь в Минцифры одобрительно отозвались об этой инициативе. «Очень своевременный законопроект, мы к нему подступались и так, и так, и так. Хорошо, что законодатель сделал это раньше, потому что такой законопроект назрел. Вот я читал, и просто бальзам на сердце, честно вам скажу», — заявил замглавы ведомства Олег Иванов.

Замглавы Роскомнадзора Александр Панков заявил, что законопроект защитит рунет от внешних угроз, но не предполагает создание в России закрытой модели интернета.

«Сеть взаимоувязана, отрезать нас от нас всего мира — задача нетривиальная, — сказал Панков. — Насколько я понимаю, речь идет о том, чтобы в случае неких целенаправленных воздействий на сети негативного характера, наша сеть связи и российский интернет сохраняли работоспособность. Думаю, что законопроект направлен на это».

Закольцовывает государственную мысль всё тот же депутат Луговой, который в интервью «Фонтанке» продемонстрировал яркий пример «глубоко» понимания сетевых технологий со стороны законотворцев:

«Каждый российский сайт зарегистрирован на корневом сервере, который находится в США или Европе. Если в определённый момент доступ на этот сервер будет прекращен, то вы ни на один российский сайт не зайдёте. Вернее, зайдёте, но вы сможете туда зайти, если вам известны девятизначные пароли этого сайта. Не совсем пароли. Пароли – это закрытая вещь. И российским пользователям будет неудобно. Всё равно будем пользоваться. Это же не отключить вот так вот: щуить! И всё! Вырубить на 100% невозможно. У нас много точек входа и выхода. Поэтому мы хотим создать дублирующую систему внутри страны, чтобы, тем не менее, мы могли это делать. Вот и всё. Поэтому мы и создаём национальную систему доменных имён».

.

В целом возникает ощущение, что ни сами законодатели, ни одобрительно кивающие представители исполнительной власти до конца не понимают суть данного законопроекта. Более того, вполне возможно, что авторы всех инициатив «усуверенивания Рунета» даже и не читали свои же документы.

.
don but rks

.

VPNlove.me

This entry was posted in Аналитика and tagged , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , . Bookmark the permalink.
RuBlackList

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ВКонтакте
facebook
Google+