«Только столкнувшись с госмашиной, понимаешь — насколько всё плохо»


Dima i TanyaРосКомСвобода побеседовала с бывшим «узником Tor» — математиком Дмитрием Богатовым и его супругой — биологом Татьяной Федоровой.

Прошло чуть больше недели с того момента, как Дмитрий Богатов официально перестал быть подозреваемым в деле «о призывах к терроризму и массовым беспорядкам через интернет». В конце прошлой недели московского математика снова вызывали на допрос в Следственный комитет, но уже в качестве свидетеля, однако даже такой интерес со стороны правоохранителей не дарит Дмитрию и его супруге, биологу Татьяне Фёдоровой, ощущения, что больше уже их не побеспокоят. Мы задали Дмитрию и Татьяне несколько вопросов, связавшись с ними по Telegram (который в данный момент в России запрещён и, по мнению главы Роскомнадзора, находится в процессе «деградации»). Перед нами у Богатова было другое интервью, но всё же они с Татьяной смогли уделить и нам несколько минут своего внимания, за что мы им обоим очень благодарны.

Напомним, московского математика Дмитрия Богатова обвиняли в попытке организовать массовые беспорядки (часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 212 УК) и публичных призывах к терроризму (часть 2 статьи 205.2 УК). Уголовное дело было связано с постами на форуме SysAdmins.ru, написанными от пользователя с псевдонимом «Айрат Баширов».

Сам Богатов объяснял, что у него дома был выходной узел сети Tor, с помощью которой с его IP-адреса мог публиковать сообщения любой человек.

Весной 2017 года Богатова задержали, несколько месяцев он провел в СИЗО, позднее его перевели под домашний арест. После того, как экспертиза МВД не нашла доказательств причастности математика к призывам к терроризму и попытке организации массовых беспорядков, его отпустили под подписку о невыезде. Одним из адвокатов московского математика является ведущий юрист РосКомСвободы Саркис Дарбинян.

Большой вклад в освобождение Дмитрия внесла его супруга Татьяна, которая не только ходила на все суды, работала с адвокатами, но и принимала участие в кампании по его освобождению — #FreeBogatov, а также выступала в поддержку как самого Дмитрия, так и других политзаключённых на митингах, посвящённых свободному интернету. Кроме этого, Татьяна ведёт свой Telegram-канал «Замуж за Богатова», который не только является своего рода ежедневником, но и использовался журналистами как источник информации о том, как продвигается «дело Богатова».

.

В самом начале интервью, когда мы спросили об ощущениях после снятия всех обвинений, Дмитрий признался, что поскольку процесс был достаточно долгим, «большим чудом это не стало» — и сам математик, и его защитники уже могли прогнозировать определённые события, так что сильного удивления он не испытал.

На вопрос «Есть ли чувство, что всё закончилось или последовавший допрос еще оставляет многоточие?» Богатов ответил:

«Не столько в допросе [дело], сколько в знакомстве со следствием и понимании, как легко создаются дела. У меня не будет больше уверенности, что всё закончилось».

.

Никаких извинений, по словам Дмитрия, за месяцы, проведённые в СИЗО, под домашним арестом, подпиской о невыезде, а также за потраченные нервы ему никто не приносил. Изъятые при обыске устройства тоже до конца не вернули.

«Вернули частично, — говорит Богатов. — Одно из устройств, кажется, хотят признать вещдоком. Остальные же просто не возвращают. Следователь разводит руками, говорит: «Я вернул всё, что было [у меня]». Естественно, у меня есть опись изъятого, копия протокола — будем с этим работать».

Требовать же какой-то компенсации у государства за нахождение в СИЗО и под домашним арестом смысл есть, рассуждает Дмитрий, но это надо решать с адковатом: «Надо понять, насколько это реально, какие затраты последуют [на процесс]. То есть надо понять разного рода практические вопросы».

Произошедшее с ним, говорит Дмитрий, пока ещё не совсем им до конца осознано, но на мировоззрении оно сказалось очень сильно. «Просто я расстался с иллюзией, что в тюрьме сидят только преступники», — заключает математик.

«Изменилось моё отношение к государству, к госмашине, — рассказывает Богатов, — к тому как работают правоохранительные органы. Я понял, насколько все плохо».

Сам Дмитрий работает в международном проекте, которым он гордится, и вряд ли, по его словам, происходящие в России процессы повлияют на него. Относительно же возможного отъезда из страны каких-то планов они с Татьяной пока не строили. «Рассматриваю разные варианты своего будущего, — говорит он. — Будущее еще не определено».

РосКомСвобода (далее — РКС): — Можно ли назвать пребывание в СИЗО и вообще — под следствием полезным опытом в жизни простого российского математика?

Дмитрий: — Любой опыт нельзя назвать ненужным, потому что можно полезные знания извлечь из всего, но… Я не желаю никому проходить такой опыт.

РКС: — Что вы почувствовали, когда узнали о кампании, которая развёрнута в вашу поддержку?

Дмитрий: — Удивление, надежду, благодарность.

РКС: — Советы тем, кто несмотря на проходивший над вами процесс, готов всё равно создавать узлы Tor?

Дмитрий: — Перенести на арендованный сервер за границей, желательно той страны, которая не будет сотрудничать с российскими правоохранителями.

РКС: — Как изменилось отношение ваших близких к интернету и к цифровой безопасности?

Дмитрий: — Они узнали о ней больше. Пользуются ей, исходя из обычных потребностей, используют Signal, Telegram.

РКС: — VPN, proxy или по-прежнему — Tor? И почему?

Дмитрий: — Неважно, лишь бы Telegram работал.

РКС: — Что вы испытываете к человеку, или людям, которые выкладывали те самые записи под псевдонимом «Айрат Баширов», есть ли к ним какая-то обида?

Дмитрий: — Я не считаю, что этот человек хоть сколько-нибудь причастен к тому, что произошло. Главное — это нездоровое желание следствия найти «того, кто в интернете неправ». И наказать его. Проблема в государстве.

.

Как мы уже отмечалось выше, свои вопросы мы задали и супруге Дмитрия — Татьяне.

РКС: — У вас до случившегося с Дмитрием был какой-то интерес к Tor, интернет-анонимности, онлайн-безопасности?

Татьяна: — Конечно. Хоть я не программист, не особенно разбираюсь в технических деталях, но когда мы познакомились с Димой, он же мне многое рассказал. Он рассказал о Tor, об анонимности в интернете. Он говорил, что интернет должен быть анонимным, должен быть безопасным [для пользователей]. И хоть я поначалу с ним спорила, но потом поняла, что это справедливо и правильно.

Лучше заранее заботиться о своей безопасности, лучше пользоваться Тором, лучше не оставлять своих данных на интернет-сервисах, как это происходит во ВКонтакте. Кстати, с тех пор, как мне Дима объяснил что к чему, я перестала пользоваться ВК. Чаще — мессенджерами, какими-то другими средствами.

РКС: — Судя по вашему каналу, вы стали неплохо разбираться в некоторых законах. Не возникало желания дополнительно получить профессию юриста?

Татьяна: — Получать второе образование — это долго и тяжело. Не уверена, что готова заниматься юридическими вопросами профессионально. Я скорее пишу с позиции обывателя, то есть тех людей, которые не разбираются в этом профессионально, но что-то понимают и могут проанализировать, сравнить со своей практикой. Я пишу, можно сказать, «научно-популярную юриспруденцию» (смеётся).

РКС: — Можете вспомнить свой первый день после того, как Дмитрия арестовали, своё состояние?

Татьяна: — Сразу вот так, сходу по-нормальному осознать, что же это было, невозможно. Может через годы я смогу понять, проанализировать. Ощущение было, что какой-то фильм происходит, антиутопия, только она происходит в реальности. Вот пришли с обыском, вот увезли мужа к неизвестном направлении, вот следователи выдвигают какие-то абсурдные обвинения, вот суд принимает решение совершенно невиновного человека арестовать…

Не понимаешь, что с этим делать, осознавая, что человек совсем один против госмашины, системы. И тебе непонятно — как это поменять, чтоб было по закону, чтоб была справедливость. Да, было страшно, конечно. Просто для меня страх — это состояние, эмоция, которая побуждает к действию. Есть люди, которые от страха куда-то прячутся, а я наоборот — хочу действовать и как-то решать проблему.

РКС: — Вас сильно удивил масштаб возбуждаемых за публикации в интернете административных и уголовных дел, наказаний за митинги, etc. после того, как вы начали этим интересоваться? Или вы до этого уже держали руку на пульсе?

Татьяна: — Я примерно представляла, что не всё ладно в датском королевстве. Да, я знала — людей по беспределу сажают за высказывания, за политические убеждения, но это воспринималось по-другому. А тут я на своём примере начала изучать это дело, увидела всё сама. Здесь удручает все — и масштабы, и правила игры. Удручает, что судят людей за то, когда они пишут своё мнение. И что за это вменяют людям какой-то экстремизм, терроризм, — это чудовищно. Деяние человека, который написал своё мнение, нельзя квалифицировать как тяжкое преступление, за это нельзя давать сроки.

РКС: — Дмитрий не ворчит на вас за столь хлесткие публикации в вашем Telegram-канале?

Татьяна: — Нет, он нормально это воспринимает. В целом даже идейно согласен с этим. Просто он более выдержанный человек, поэтому говорит и пишет не так.

РКС: — Насколько вы сами изменились за этот год, можно ли это назвать каким-то переворотом сознания или, если хотите, перерождением?

Татьяна: — Переворот сознания, да, скорее всего произошёл. Мы спокойно живем, ничего не нарушаем, тут приходят с обыском, потом этот суд с участием дяди-судьи, который с серьезным видом утверждает, что твой Дима — террорист, что может сесть на много лет… В таких обстоятельствах переворота не произойти не могло.

РКС: — Как бы с точки зрения биолога вы описали действия властей по отношению к свободе слова и свободе высказываний, в интернете — в частности?

Татьяна: — Власть, то есть вот этот Центр «Э», следователи, суд, действуя вместе… они являют собой какую-то одну опухолевую клетку, которая сама собой размножается, делится и пожирает все на своём пути.

РКС: — Как отнеслись ваши коллеги к тому, что происходило? Возникали ль какие-то проблемы на работе?

Татьяна: — Любой выпускник естественнонаучных или математических вузов — это человек, который может адекватно воспринимать реальность. По крайней мере, по моим наблюдениям.

Поэтому мои коллеги понимают, что вещаемое из телевизора, вся пропаганда — это бред. Я не могу назвать их политически активными, но они всё понимают. Они понимают — это сделало государство. Эти люди, которые занимаются наукой, они все-таки умеют соотносить факты и реальность, адекватно анализировать происходящее.

РКС: — Появилась ли в научной среде, среди ваших коллег хотя бы некоторая тревога, что «что-то идёт не так»? Понимают ли они, что аппетиты цензоров всегда растут, и если сегодня запретили кому-то выражать свою точку зрения в соцсетях, то завтра опустят железный занавес перед научными публикациями из-за рубежа, и «круговорот знаний» попросту прекратится в одностороннем порядке?

Татьяна: — А вот с этим сложно. Да, они понимают — тенденции пугающие, что закручиваются гайки, что свобод становится меньше. Но люди продолжают цепляться за что-то хорошее, они отгораживаются от мысли, что и тебя могут схватить, что придут с обыском. Но после случая с Димой, думаю, многие начнут думать по-другому. Понимаете, это ведь не просто где-то что-то прозвучало, не просто в интернете кто-то написал, и не Навальный что-то сказал. Это рядом с ними произошло! Сейчас, надеюсь, они уже задумаются. Думаю, наш случай кого-то вдохновит на то, чтоб лишний раз подумать.

РКС: — Вы часто пишете о том, что стараетесь приходить на суды по тем резонансным делам, о которых слышали, наверное, многие пользователи Рунета. Почему для вас это так важно?

Татьяна: — К сожалению, не всегда получается, но да, пишу, и да, была на некоторых судах. Это желание отдать долг этому обществу. Помню, когда люди приходили на суд Димы, он мне рассказывал — вот тебя уводят конвоиры, а люди в суде тебе аплодируют — это придаёт сил. Да, мы не можем вбить в голову судье, который получает приказ посадить кого-то, но мы можем поддержать человека, оказавшегося в непростой ситуации.

РКС: — Насколько вы уже близки к тому, чтоб сказать журналистам «Мы устали от публичности, дайте нам время побыть вдвоём»?

Татьяна: — Наша публичная история закончилась, у нас нет политических амбиций, поэтому я не думаю, что мы будем интересны журналистам. Здесь скорее другое. Просто у Димы очень нетипичная ситуация — его отпустили. Редко, когда [российские] следователи закрывают дело! Поэтому у нас нет уверенности, что они не захотят нас догнать опять. Но хочется верить, что от нас отстанут.

.

РосКомСвобода ещё раз благодарит Дмитрия и Татьяну за то время, которое они нам уделили, чтоб ответить на наши вопросы! Надеемся, они как можно скорее оправятся от эмоциональных потрясений, вызванных процессом над Дмитрием, и войдут в обычный ритм жизни, занимаясь любимой работой и уделяя внимание друг другу.

.
don but rks

.

Читайте также:

Математика связали узлом Tor
🔓
#FreeBogatov
🔓
Криминалисты МВД: компьютерная техника Дмитрия Богатова не содержит доказательств его вины
🔓
Дмитрий Богатов на свободе! Теперь уже официально
🔓
Математик Богатов допрошен Следственным комитетом уже в качестве свидетеля

.

VPNlove.me

This entry was posted in Аналитика and tagged , , , , , , , , , . Bookmark the permalink.
RuBlackList

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ВКонтакте
facebook
Google+